Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
08:50 

"Juxtaposition: Соприкосновение"

Страж
Рожденный ползать! Куда ты лезешь??
Оригинальное название: "Transformers: Juxtaposition"
автор: Vaeru
переводчик: Страж
бета: Kazuya H.
Разрешение на перевод получено.

Пролог.
Глава 1.
Глава 2.
Глава 3.
Глава 4.
Глава 5.
Глава 6.
Глава 7.
Глава 8.


Глава 9. ПОХИЩЕНИЕ.

— Безумный Ал и другие парни рассказали мне, что ты сделал. Не очень-то красиво ты поступил.
— Красивая хитрость не сработала бы.
Мисс Добросерд и Мокрист
«Опочтарение», Терри Пратчетт


Ветки хлестали по рукам и лицу, стебли цеплялись за одежду, словно когтистые лапы. Холодный воздух кусал за все открытые участки кожи. Ноги горели, легкие горели, ступни горели... Все тело было словно объято пламенем, и она никак не могла остановиться.
Я тебя ненавижу! Серьезно! Я действительно, по-настоящему тебя ненавижу!
– Не время сейчас! –
Оглушительные взрывы разносились над мирными лесами. Она угодила ногой в скрытую слоями опавшей листвы рытвину и, неуклюже раскинув руки, полетела с мелкого откоса прямо в сырую грязную канаву, которая в дождливые месяцы явно становилась ручьем. Приподнявшись на локтях, Эвилин отплевалась от набившейся в рот земли; вся одежда вымокла, мокрые волосы облепили лицо.
Это, должно быть, самое неуклюжее тело, какое только можно спроектировать, — хрипло пожаловался ее голос.
Автомобиль не виноват, что водитель съехал в кювет!
Тело вскарабкалось на ноги, руки и ноги дрожали, бедро обожгло вновь проснувшейся болью, медицинская перчатка вся вымокла и изгваздалась в грязи. Одежда зябко и неуютно липла к коже; она выловила из жижи упавшую сумку и начала карабкаться на следующий пригорок, когда за спиной раздалась новая серия выстрелов, взрывов и воплей.
– Ты должна сказать мне спасибо. Я уже во второй раз спасаю твой бампер. Тебе в самом деле хочется слоняться поблизости, когда эти трое устраивают разборки? –
Сказать спасибо? Чего-чего?
Она потрусила дальше, и, наконец, остановилась около старого искривленного дерева, заросшего лозой. Помедлив секунду, она обошла дерево кругом и, устроив сумку рядом и поджав ноги к груди, уселась и уперлась спиной в углубление в стволе. Мокрая одежда обтянула кожу ледяной коркой, озноб пробирал до костей.
– Я так понимаю, что когда ты кого выручаешь, то тебя должны поблагодарить. Знаешь, ты ведешь себя очень невежливо. –
Вот как? Как насчет «Спасибо, что протаранил меня, отправил в больницу на добрых два месяца и заставил считать себя сумасшедшей»? Этого хватит?
– Э... Не совсем то, что я... –
Может быть, нужно добавить «Спасибо, что притащил злых гигантских роботов на мою планету и позволил им меня похитить».
– Я скорее имел в виду... –
О! Вот неплохой вариант: «Спасибо, что из-за тебя стоимость моей страховки взмыла до небес». Я никогда не смогла бы этого добиться без твоей помощи!
Повисло молчание, нарушаемое только звуками усилившейся пальбы, которые доносились из глубины леса.
– ...Ничья? –
Перетопчешься.
Последний взрыв прокатился эхом, и наступила мертвая тишина. Все замерло, не было слышно даже шороха листвы или хлопанья птичьих крыльев. Вся живность покинула окрестности и, похоже, в ближайшее время возвращаться не собиралась.
Тело чесалось и болело, мышцы свело, глаза смотрели прямо вперед. Тишина давила на уши, и слышен был лишь слабый звон.
– Должно быть, уже все. –
Я думала, что красный знак означает хороших ребят. Почему он напал? То есть, у другого робота был фиолетовый знак, но даже так...
Есть кое-какие правила обращения с Санни, ответил голос, особенно, когда тот на поле боя. Голос задумчиво помолчал и добавил: Внезапно появляться из ниоткуда с заряженным орудием в руках — это как раз против правил. –
Тепло от тела медленно согревало мокрые тряпки, но стоило только пошевелиться, как воздух снова их холодил. Эвилин растерла бы озябшие места, но она не управляла собой, так что она просто сидела и терпела.
Думаешь, он победил?
– Я вроде как рассчитываю, что первым нас найдет именно он. –
Эвилин кольнуло тревожным ощущением. «Вроде как». Имеешь в виду, первым может оказаться другой робот. А почему мы не убегаем?
– А смысл? «Странная энергоподпись», помнишь? Кто угодно со сканером нас выследит. –
Порывы ветра кружили по лесу, заставляя листья перешептываться, и крали все тепло, какое Эвилин смогла накопить, вызывая новые волны дрожи. Единственное, что оставалось Эвилин, это пекущая боль в натруженных мышцах и заживающих порезах. Ну ты и утешил.
Летели минуты. Эвилин нетерпеливо «корчилась» и пыталась вернуть себе контроль, стараясь хотя бы пошевелить рукой, но хватка голоса была, похоже, даже крепче, чем раньше, и держала тело как стальной обруч... или, скорее, как стальные нити марионетку, пресекая любое движение.
Внезапно Пиноккио показался ей родственной душой.
Надо что-то делать с этой твоей привычкой захватывать тело, проворчала она, но тут отдаленный звон в ушах начал усиливаться, и тело напряглось, когда они с голосом стали прислушиваться.
Тихое ритмичное шурх-шурх неуклонно приближалось — мягкие шаги по устеленной опавшей листвой земле, гораздо более тихие, чем самые осторожные шаги Санстрикера... и они приближались с противоположной от сражения стороны.
Ее глаза были слегка расфокусированы и смотрели прямо вперед, поэтому она увидела передвижение по земле быстрее, чем если бы начала оглядываться. Один... два... три... Шурх... шурх... шурх... Ветви над головой наклонились и закачались, словно из-за несуществующего ветра; сердце Эвилин героически попыталось выпрыгнуть из груди.
— Пожалуйста, не убегай.
Слегка гулкий голос доносился из ниоткуда. Каждое слово произносилось с интеллигентной четкостью, сильно отличаясь от речи всех других роботов, что доводилось слышать Эвилин – да что там, сильно отличаясь от речи большинства людей.
И снова воздух задрожал и поплыл, вспыхнули оранжевым контуры и растаяли в бело-синем. Новый робот стоял в своей тридцатифутовой красе совсем неподалеку от ее жалкого и нелепого убежища.
Ну, думаю, теперь мой черед говорить «А я тебя предупреждала».
Тихо, без малейшего гудения механизмов, робот опустился на одно колено. Ружье, которое он с такой легкостью нацеливал на Санстрикера, покоилось диагонально за его спиной, и над плечом виднелся лишь приклад.
— Я не причиню тебе вреда, — позой робот напоминал человека, пытающегося расположить к себе пугливую кошку: он старался пригнуться, чтобы казаться как можно меньше, и приглашающе протягивал руку. Но только вот это «кис-кис-кис» не сработало в исполнении металлического гиганта больше десяти метров ростом. — Однако мне не верится, что ты сможешь самостоятельно вернуться обратно в поселение. Это довольно долгое путешествие для столь маленького существа.
Будь у нее контроль над собственным телом, Эвилин возмущенно изумилась бы. Извините, что?
— Мой товарищ просто предложил, чтобы я по дороге через твое поселение вернул тебя в твое жилище, — протянутая рука слегка качнулась, подманивая. — Никто из нас не считает себя вправе оставить тебя здесь.
Ни один десептикон не ведет себя так вежливо. – Не дрогнув ни единым мускулом, она прищурилась.
Санстрикер проиграл.
Робот слегка склонил голову, выглядя смутно удивленным.
— Да. Мы учли его способности, когда планировали... встречу, — серебристые губы сложились в едва заметную усмешку, но затем выражение его лица быстро сменилось на нейтральное. — Уверяю тебя, он не пострадал, просто в оффлайне. Мы не могли его оставить, а на дипломатическое решение времени не было.
Вы улетаете?
— Да.
И забираете с собой Санстрикера.
— Мой командир будет весьма недоволен, если мы этого не сделаем.
Тогда вы забираете и меня.
У Эвилин в голове что-то вспыхнуло и тревожно засверкало, словно сорвавшийся с опоры высоковольтный провод на асфальте. Что?
Робот смутился.
— Я не могу. Изъятие тебя из твоей привычной обстановки может быть опасно... и даже потенциально смертельно.
— Я не человек. Я Сайдсвайп, автобот. Думаешь, обычный человек стал бы тусоваться с Санни? Можешь спросить о чем угодно. Кибертрон, десептиконы, автоботы... Если хочешь, я даже могу повторить текст присяги.
Глаза робота вспыхнули и потемнели, несколько долгих секунд исходящий от них свет трепетал и колебался, подобно лампочкам на работающем модеме, а затем снова стал ровным.
— Сайдсвайп был деактивирован. Мой спутник обследовал корпус. Искра погасла.
Ты не...
— Моя искра в этом теле. Сверься со своими сенсорами. Разве не поэтому за мной гоняются деспетиконы?
— Я исходил из предположения, что ты являешься постоянным членом органической колонии.
— На этой планете маскировка жизненно необходима.
Сайдсвайп...
Глаза робота снова на несколько секунд потемнели и снова засветились.
— Твоя модель? Подразделение?
— Наземная спецмодель для ближнего боя, оснащение для кратковременного полета, усиление против тяжелых повреждений, скорость и маневренность выше среднего, разработана Шолдерболтом по требованию Прайма. Последнее, что я помню, мы с Санни были приписаны к силам безопасности на месторождении Аксис Небьюлон.
— Понятно, — и снова, глаза замерцали и вспыхнули. — Это совпадает с нашей версией. Но сейчас не время медлить. Мы экстренно эвакуируемся. Мы не можем терять драгоценное время, ожидая тебя. Один из десептиконов вызвал подкрепление. Оно уже направляется сюда из ближайшей системы, и нам нужно покинуть планету, чтобы выманить их отсюда до того, как они войдут в зону действия сенсоров. Мы не можем позволить им обнаружить такой богатый источник ресурсов, понимаешь?
— Вполне.
— Мы не сможем вернуться до тех пор, пока флот не уйдет достаточно далеко. Оставайся здесь, а я организую спасательную...
— Вы не можете оставить меня здесь! Я хочу назад свое тело, и поможет мне только специалист в таких вопросах, но если вы оставите меня на этом Праймусом забытом комке грязи, ничего не выйдет!
Ты это не всерьез...
— Возможно, но переживет ли путешествие это тело?
— Обеспечьте атмосферу, как на этой планете, чистую воду, источник питания, и все со мной будет превосходно.
Ты не посмеешь!
— С питанием могут возникнуть проблемы, хотя у нас в подразделении есть исследователи, которые, скорее всего, смогут синтезировать замену. Но все равно тебе будет гораздо безопаснее остаться здесь и подождать.
Мне будет безопаснее, когда я вернусь в собственное тело, — ее губы сложились в широкую ухмылку. — И если вы думаете, что с Санни трудно сладить в обычной жизни, подождите, когда он узнает, что вы оставили меня на этом булыжнике.
— ...Я все равно не советовал бы, — бело-синий робот мрачно посмотрел на нее. — Но если ты настаиваешь, в челноке есть оборудование, которое поможет тебе продержаться до нашей встречи с остальными.
Нет!
Ее тело выкарабкалось наружу, покинув импровизированное убежище из дерева и прилегающих зарослей, закинуло сумку на плечо и в упор уставилось на робота.
Да, настаиваю.
Робот рассматривал ее несколько долгих мгновений и затем кивнул.
— Ну, хорошо.
Ты не может так поступить!
Бело-синий робот не трансформировался в знакомую машину. Вместо этого он складывался во что-то похожее на гладкий блестящий челнок, которому было бы место в каком-нибудь фантастическом сериале. Ее тело против ее воли неуклюже двинулось к корме инопланетного механизма, где был опущен небольшой трап, ведущий в пустой грузовой отсек.
Ты не... Отпусти! Стой!
Ее тело уселось, откинувшись на странно теплый металл внутри челнока; мышцы напряглись в неподвижности, изредка вздрагивая.
Это похищение!
Если они про тебя узнают, нас с собой не возьмут. –
Но я не хочу!
– Они забирают Санни. –
Он говорил, что они за тобой вернутся!
– Один раз я его уже потерял. Больше такого не случится. –
Впечатления от путешествия смешались в кучу: теплый металл, перегрузки, тихий шепот механизмов, запах металла и озона, отдающаяся по всему телу вибрация. Ее охватывали приступы паники, туманя сознание, ползучим стеблем крепко охватывая разум. Глаза смотрели прямо перед собой, а сердце трепетало, словно пойманная птица, колотясь о ребра; разум изворачивался, корчился, брыкался в беззвучной яростной борьбе за контроль, но добивался в результате лишь слабого подергивания.
Ее рот двигался, голос задавал вопросы о Санстрикере, о втором роботе, Оффбите, а голос бело-синего робота раздавался со всех сторон, рассказывая о втором челноке, пленнике и запасном маршруте.
Время неслось слишком быстро. По ее ощущениям, прошло всего ничего, а она снова оказалась в лесу, но это был другой лес: все сосны и торчащие из земли камни выглядели словно миниатюрные горы; она следовала по пятам за бело-синим роботом, пока они шли прямо к странной формы утесу, выступающем над землей. Внезапно на месте утеса оказалась конструкция из металла размером с многоэтажный дом, засыпанная опавшей листвой. Ее бесконечное «нет, нет, нет» беспечно игнорировалось даже тогда, когда ее тело запнулось на пороге странного аппарата, и она на мгновение обрела контроль и каким-то образом пересилила зудящее ощущение не принадлежащего ей разума. Робот что-то спросил — наверно, беспокоился? Тело предательски выпрямилось и небрежно отговорилось банальностью о неуклюжести и неповоротливости органических тел.
Прекрати сопротивляться.
Время понеслось вперед. Они проходили через коридоры и комнаты, гулкие необитаемые комнаты из металла, залитые странным светом, полные чужих приборов; потолки маячили на высоте трех этажей. Она прошла за роботом в следующую комнату, маленькую и пустую, но такую же головокружительно высокую, с голыми стенами и полную яркого света; робот говорил что-то про давление и герметичность, про научные пробы, про скорое отбытие, а ее голос отвечал словами, которые она не хотела говорить.
Робот ушел, дверь закрылась; ее тело уселось, ссутулившись, у основания одной из стен. Паника Эвилин достигла новых высот.
Время шло, и часы в голове тикали, тикали, тикали.
Пожалуйста, пожалуйста, не надо. Я не хочу. Ты не можешь так поступить! Позови его обратно!
Пол завибрировал и накренился, нахлынула новая волна паники, когда все ее тело словно загудело от необходимости сделать хоть что-нибудь. Но сердце лишь сильнее билось, легкие захлебывались короткими икающими вздохами, сведенные мускулы медленно расслаблялись, плечи и затылок оперлись о стену, веки закрылись.
Поздно, с усталым торжеством сказал голос. Мы уже в пути. –
Нет… Нет-нет-нет…
Ее прижало к полу, желудок ухнул куда-то вниз, а голова словно бы повисла в воздухе. За красной пеленой закрытых век свет потускнел, замерцал и снова беспощадно зажегся, словно сверхновая; в ее разум хлынули видения бело-голубого сияния, звезды, лежащей в ее ладони, пламени, хватающего за руку — оно проникало под кожу, раздирало плоть и потом исчезло. Огненные змеи поползли по ее венам, обжигая внутренности, свернулись вокруг сердца и сжали так, что мысли и чувства сгинули в темноте между двумя ударами сердца, между двумя вздохами, и потом ничего не стало.


Глава 10. ПРОБУЖДЕНИЕ.

Это был классный денек, похищение и все такое прочее.
Саймон, «Светлячок»

Ей снилась мокрая трава и пахнущий дымом воздух, механический скрежет непоправимо сломанного двигателя и шепот дождя. Все время меняющиеся отблески на каплях дождя: красный, желтый, зеленый, красный, зеленый... цвета дрожали в черноте.
Ей снился красный металл, изогнутый и покореженный, и мешанина из серебристых деталей, разбросанных по земле, словно игрушки. Голубые и розовые лужи блестели на газоне и тротуаре. Ровное сияние пробивалось из-за смятого металла, лучи света лизали тени.
Ей снилось золото, треснутое и тусклое, влажное, но в то же время теплое; по коже ползли искры от прикосновения к нему.
Ей снилась звезда, яркая, чистая, прекрасная; она лежала в ее ладонях.
Ей снилась боль.
Ей снились предсмертные крики раздираемого металла и смеющиеся демоны с огненными глазами.
Ей снились голоса, негромкие, гулкие, они били в грудь и отдавались вибрацией в животе и легких, словно раскаты грома.
А потом тени промокшей под дождем ночи потускнели и растаяли как туман под солнечными лучами, и внезапно она поняла, что это уже не сон.
— Прекрати вертеться, пока я не приварил ничего лишнего, — лязгнул металл, громко зашкварчало. — Чем это тебя?
Второй голос, чем-то знакомый, небрежно проглатывал согласные:
— Эт те лазерные пушки, десы их любят. Помнишь? Такие большие и страшные.
— Я помню дырки, которые от них остаются. Не думал, что они все еще ими пользуются.
— Ага. И по-прежнему так же больно попадают.
Невеселый смешок.
— Тебе повезло, что Мираж знаком с полевым ремонтом, — пауза. — Ты хоть нашел его?
Вздох.
— Типа да. Что от него осталось.
— Поврежден?
— Уничтожен.
Мгновение тишины.
— ...шлак.
— Ага.
Лицо и руки почти замерзли и покрылись гусиной кожей. Свет бил по закрытым глазам оранжевыми и красными потоками. Воздух чуждо и тревожно пах маслом, металлом и озоном; она лежала на чем-то неровном и мягком. В руке была зажата грубая шероховатая материя.
Она вздрогнула, осознав, что в ушах звенит, и распахнула глаза. Слепящий белый свет обжег сетчатку, по силе соперничая с солнцем, и она, зашипев сквозь зубы от боли, дернулась и зажмурилась.
Ох...
— Я сказал, не дергайся. Праймус правый, я привинчу тебя к столу.
— Кажись, я что-то слышал.
Постоянное бренчание и шипение — непрекращающийся фоновый шум — притихли и оборвались.
— В чем я не сомневаюсь, так это в твоих чудесных аудиорецепторах.
Эвилин снова открыла глаза, на этот раз осторожнее, и сощурилась от света, льющегося сверху. Бело-серая муть обернулась серым потолком, усеянным большими ослепительно яркими лампами. Она сморгнула навернувшиеся от боли в глазах слезы и осторожно подняла руку, заслоняясь от сияния.
— Ага.
Раздалась целая серия механических звуков, гудение и скрип смешались с громким бум-бум, сотрясающим поверхность, на которой она лежала, и над ней что-то наклонилось и заслонило свет.
— Наконец-то.
Со скрытого тенью лица сияли синие глаза; V-образная штука на лбу тревожно напоминала рога.
— Приятно осознавать, что мы тебя не деактивировали, но больше так не делай. Ты хоть представляешь, как трудно поддерживать белковую жизнь?
Эвилин невнятно икнула и, замерев, уставилась вверх на незнакомого гиганта, по-прежнему закрываясь рукой от света.
О боже правый.
— Может быть, он еще не в онлайне, — донесся второй голос откуда-то сбоку.
Голова с V-образной штукой слегка наклонилась в сторону второго голоса:
— Приказ не дергаться никто не отменял. Лежать.
— Слушаюсь.
Сбоку появился большой красный палец, аккуратно подтолкнул ее поднятую руку, и красный металл, белый свет и серый фон закружились, словно в калейдоскопе — она несуразно попыталась отползти, несмешно пародируя себя же в ту ночь на парковке, когда ее похитил красноглазый гигант. Путь к бегству преградило что-то холодное и твердое, она уперлась в него спиной; дыхание вырывалось невнятным писком.
Как и большинство детей, она почти всегда притаскивала бездомных котят и прочую живность домой, и как большинство родителей, ее папа и мама устраивали найденышей в выстланных полотенцами картонных коробках, пока зверьки не смогут так или иначе перебраться куда-нибудь еще.
Это насмешка какая-то.
Она находилась в коробке, плоской металлической коробке, дно которой устилало что-то вроде толстой, грубо выделанной ткани. Коробка стояла на столе размером с хороший дом, и все это находилось в громадной комнате — другие столы стояли рядами, везде были полки, незнакомое оборудование свисало с потолка и стояло вдоль стен. На соседнем столе лежал черно-белый робот и с интересом наблюдал.
Робот с V-образной штукой покосился на нее с изумлением, граничащим с раздражением, но потом отвлекся на стенную панель в дальнем конце комнаты, скользнувшую в сторону: внутрь с громоподобным топотом зашли еще три робота. Самого высокого, красно-синего, по бокам сопровождали два робота поменьше: один крупный, красного цвета, у второго, белого с небольшими вкраплениями черного, за плечами были видны две торчащие, словно короткие крылья, пластины.
— С тобой многие хотели бы поговорить, — взглянул на нее красно-белый робот и кивнул вновь прибывшим: — Прайм. Проул. Айронхайд.
— Спасибо, что сообщил, — сказал самый высокий из троицы.
— Никогда не слыхал такого, Прайм, — проворчал крупный красный робот. Из-за сильного акцента он небрежно мешал гласные с согласными, и Эвилин вздрогнула из-за схожести с акцентом крайнего Юга.
— Разберемся, — красно-синий робот, нижняя часть лица которого была закрыта чем-то вроде маски, направился к коробке Эвилин, сопровождаемый по бокам своими спутниками; с каждым шагом робот становился все выше... и выше... и выше...
— Мираж рассказал интересную историю, — синие глаза с любопытством уставились на нее. Голос у робота был глубокий, звучный и странно мягкий. — Он сообщил, что ты выдал себя за автобота и назвался Сайдсвайпом. Уверен, ты понимаешь, что я в смущении.
Воцарилось долгое молчание, сияющие синие глаза изучали ее перепачканную в грязи фигуру.
— Я... — она облизала пересохшие губы. Ребра чуть ли не дрожали от ударов сердца. Красные лица сурово смотрели с четырех сторон. — Я... Н-нет.
Четыре пары глаз дружно нахмурились, и красно-синий робот просил:
— Ты не... автобот?
— Наши записи подтверждают, что Сайдсвайп был автоботом, — негромко заговорил бело-черный робот, четко выговаривая каждое слово.
— Я не Сайдсвайп, — тихо ответила она ломким голосом, теребя грубую ткань, на которой сидела; стенка коробки за спиной странным образом придавала ей уверенности. — Я не он.
Красно-синий робот склонил в сторону голову.
— Тогда почему ты так сказал?
— Я не говорила, — она сглотнула, смотря вверх на сборище гигантов, и чувствуя, что они как будто стали еще выше от этого. Эвилин только и смогла, что тряхнуть головой. Язык, казалось, распух раза в три; дыхание с хрипом вырывалось из горла.
— Мираж не стал бы врать, — сказал красный квадратный робот, взглянув на Эвилин так, что ей захотелось свернуться в клубок и спрятаться; выражение лица робота с крыльями не выглядело враждебным, но и дружелюбным его назвать было трудно; о настроении самого высокого робота Эвилин затруднялась судить, поскольку не видела его лица. Она посмотрела на четвертого великана.
Красно-белый робот сложил руки на груди и, склонив набок голову, уязвленно смотрел на нее, до того напоминая Джейми, что Эвилин не удержалась и хихикнула; нелепый звук гулко раздался в комнате. Высокий красно-синий робот переглянулся с короткокрылым; раздалось дружное неясное шарканье. Эвилин захлопнула рот рукой в попытке заглушить звук; желудок скрутило, голова раскалывалась, но смех начал отдавать истерикой, и внезапно что-то горячее потекло по щекам и закапало по тыльной стороне ладони.
— Я-я е-его у-у-убью, — икнула она, вытирая одной рукой слезы, а в другой вцепившись в грубую подстилку “гнездышка”. — Я го-говорила ему. Я не хо-хотела и-идти. Я у-у-убью эт... этого... т-тупого наглого у-ублюдка.
Слегка раздраженное выражение лица красно-белого робота сменилось мрачным бешенством, и он ощетинился на большого красно-синего робота.
— Так, — рявкнул он, — все вон! Все значит все, Прайм. Ты тоже, Джаз.
Черно-белый робот на соседнем столе сел:
— А что насчет...
— Ради Праймуса, я не занимаюсь косметическим ремонтом. Иди поищи Граппла или Хойста. Остальные — брысь!
Красно-белый, едва ли ни самый мелкий робот среди присутствующих, рыча и ругаясь, толкал и подгонял собравшихся к дверям. В последний раз пихнув красного робота в спину, он нажал на панель рядом с проемом, и две блестящие металлические створки послушно скользнули на место.
Эвилин всхлипнула, вытирая мокрые щеки, но один взгляд на гигантские столы и незнакомые инструменты, аккуратно лежащие на полках, вызвал новые потоки слез.
Пол задрожал от громких металлических шагов, и что-то большое и белое нависло над столом.
— Так, — последовало долгое молчание, нарушаемое только сопением Эвилин и жужжанием и гудением механизмов внутри робота. — Очевидно, многие наши предположения оказались неверными.
Эвилин едва удержалась, чтобы не фыркнуть. Да ну?
Боже. Пожалуйста, просто уйди.
— Я не знаю, что надо делать. Для твоего вида это нормально? У тебя какая-то неисправность?
Ха.
— Не неисправность, — хлюпнула она носом. — Я огорчена. Я п-плачу, когда огорчаюсь. Пожалуйста, просто уйди.
Робот издал странно звучащий рокот, здоровенная красная ладонь с громким клац опустилась на стол рядом с «гнездом», заставив Эвилин поднять взгляд на гиганта.
— Ты тут новичок. Я сделаю тебе небольшую поблажку, но давай сперва познакомимся.
Эвилин уставилась на серебристое лицо, увенчанное строгой темной V, которая только подчеркивала взгляд робота.
— Меня зовут Рэтчет. Я начальник медицинской службы этого подразделения. Это... — он кивнул головой, указывая вокруг, — ...медотсек. Точнее, мой медотсек, — он слегка наклонился, приблизив лицо к Эвилин. — Не приказывай мне в моем медотсеке. Понятно?
Лишившись от изумления дара речи, Эвилин кивнула.
— Хорошо, — резко поменяв тон, робот сдержанно улыбнулся. — А теперь, как мне тебя называть?
— А... — она моргнула и скрипуче промямлила: — Эвилин.
— Эвилин. Интересное имя. Итак, Эвилин, как я понимаю, ты относишься к виду с третьей планеты системы, известной нам как зета-4897. Как вы ее называете?
— ...Зе-Земля. Планета называется Земля, — она заколебалась, но робот смотрел на нее без малейшего намека на раздражение, и она продолжила: — Система... Вообще-то ее называют просто Солнечной, но, думаю, настоящее название — Сол. Галактика — Млечный Путь... если это имеет какое-то значение.
— Земля, Сол и Млечный Путь, — глаза робота замерцали так же, как у бело-синего робота, тогда, в лесу. — А как вы называете свой вид?
— Люди. Хомо сапиенс.
— А ваш вид обменивается генетическим материалом для размножения?
— Я... А это-то тут причем?
— Чтобы вас классифицировать. Белковые виды делятся на несколько типов, — ответил робот. — Первый — бесполые. Просто. Назови любого «он» и не ошибешься. Второй — двуполые. Немного посложней, но если понять отличительные особенности, то тут все так же, как с мехами и фемами, хотя это совсем другая корзинка винтиков. Третий — трое-, четверо- и более полые, и вот тут начинаются сложности, «он», «она», «онона», «онаон»... Хватит, чтобы у кого угодно поехал процессор. Так к какому типу относишься ты?
Лицо Эвилин подозрительно нагрелось.
— Мы... Я... Второй тип. Мужчины и женщины. Он и… и она. Но я...
— И ты?..
— Женщина. Она.
— Хорошо. Все просто, верно? Так, ты должна сообщать мне, если почувствуешь, что не в порядке... температура, давление, что угодно. Моя задача состоит в том, чтобы ты была онлайн и в исправном состоянии, понятно?
Живой и здоровой, перевела Эвилин и рассеяно кивнула.
Робот долгое мгновение ее рассматривал.
— У тебя явно есть что рассказать.
В этот раз от фырканья она не стала воздерживаться.
— Рассказать... — повторил робот и прищурился. — Мы исходили из того, что ты знакома с автоботами. Это ведь так, верно?
— Слегка, — дернула она плечом.
— Насколько слегка?
Эвилин встретила взгляд гиганта и, словно бросаясь в омут с головой, рассказала ему все.

* * *
К концу рассказа скучающее поначалу лицо красно-белого робота стало больше напоминать грозовую тучу, готовую разразиться праведным гневом. Робот долго молчал, а Эвилин рассеяно отдирала корку высохшей грязи с блузки и джинсов.
— Первое, — заговорил робот. — Хочу сообщить, что у нас существуют очень строгие правила, касающиеся первого контакта и защиты новооткрытых культур. Такого не должно было произойти.
Эвилин кивнула.
— Второе. Ты упоминала, что Санстрикер знает местонахождение тела Сайдсвайпа?
— Да.
— Передам Айронхайду, чтобы спросил. Надеюсь, ему удалось как-то вывезти тело с планеты, — его глаза снова замерцали наподобие модема. — Если не удалось, то тебе придется немного подождать, пока десептиконы не уйдут из этого сектора.
Сердце Эвилин странно подпрыгнуло и ухнуло в живот. Он ни за что не смог бы унести с собой что-то такого размера.
— Но сейчас нам нужно позаботиться о тебе.
Эвилин моргнула.
— Позаботится обо мне? — переспросила она осторожно.
— Для начала — атмосфера, — сказал робот. — Затем питание, укрытие, социальные надобности… У белковых куча потребностей. К счастью, у нас на борту есть тот, кто обожает трудные задачки.
Дверь с шипением снова отворилась, сильно напугав Эвилин.
Зашел еще один странный робот, на этот раз почти весь белый, со странными округлыми выступами по бокам головы.
— Вызывал? — спросил новоприбывший. «Уши» вспыхивали светом в унисон словам.
— Эвилин, это Уиллджек, наш штатный инженер и исследователь. Уиллджек, это Эвилин, человеческая фем, что прибыла с Миражом. Она — наш новый проект.
— Человек? — новый робот уставился вниз на Эвилин, а она рассматривала весело помаргивающие панели по бокам его головы. — Изумительно.
Просто с языка слово снял.
запись создана: 04.04.2011 в 11:50

@темы: фанфик-перевод, осторожно, юмор, незавершённое, Экшн, Приключения, Джен, Автоботы, PG-13, OC

Комментарии
2011-04-04 в 12:44 

Там еще жива Дженис Джоплин. Там еще не отлита для Леннона пуля. Hазад в Уэмбли, автостопом до Вудстока...
СПАСИБО!

2011-04-22 в 18:06 

MarionaWL
Там еще жива Дженис Джоплин. Там еще не отлита для Леннона пуля. Hазад в Уэмбли, автостопом до Вудстока...
*тихонечко*
Лююуууудиии, а еще будет?

2011-04-22 в 18:21 

Страж
Рожденный ползать! Куда ты лезешь??
Lady Mariona, на следующей неделе выложим - увы, реал особо плотно взялся и за меня, и за мою бету.

2011-04-22 в 22:19 

MarionaWL
Там еще жива Дженис Джоплин. Там еще не отлита для Леннона пуля. Hазад в Уэмбли, автостопом до Вудстока...
Ожидаю с нетерпением! ) Спасибо)

2011-05-06 в 11:25 

MarionaWL
Там еще жива Дженис Джоплин. Там еще не отлита для Леннона пуля. Hазад в Уэмбли, автостопом до Вудстока...
мм спасибо спасибо спасииибо!

2011-05-06 в 16:31 

asky_psyxoDelika
кошачий пирожок
когда Рэтчет перечислял многополых существ -- я честно посмеялась =)))
спасибо за продолжение! :red:
а реал -- да... реал -- это зло, хотя привычное и почти избывное...

2011-05-06 в 16:32 

MarionaWL
Там еще жива Дженис Джоплин. Там еще не отлита для Леннона пуля. Hазад в Уэмбли, автостопом до Вудстока...
пожалуйста, обрадуйте нас что следующую главу мы дождемся быстрее чем эту?

2011-05-07 в 07:27 

Страж
Рожденный ползать! Куда ты лезешь??
Lady Mariona, не хочу ничего напрасно обещать, но постараюсь.

   

Царство Вей

главная